Суть: если заказчик оценивает “репутацию” участника и снижает баллы, опираясь на внутренние записки, претензии или незавершённые конфликты без понятного подтверждения нарушений, такой подход может признаться неправомерным. Лучше привязывать “негатив” к проверяемым итогам: установленному нарушению, финальным документам, результатам разбирательства.

Суть: свежий акцент в практике: для предъявления требования по банковской гарантии достаточно подтверждённого неисполнения обеспеченного обязательства. Доказывать, что заказчик понёс конкретные убытки, как правило, не требуется — важен сам “триггер” по гарантии.

Суть: чтобы уйти от ответственности или пересмотреть неустойку, недостаточно сослаться на общий санкционный фон. Нужно показать, что конкретное внешнее решение реально и напрямую помешало исполнению (документально и с причинно-следственной связью).

Суть: судебная практика подсказывает: если заказчик заставляет участника заполнять лишние ценовые калькуляции/таблицы сверх предложения о цене, а потом отклоняет за “неучтённые затраты”, это может быть признано неправомерным. В фокусе — не форма ради формы, а понятность ценового предложения.

Суть: регуляторная логика проста: сам по себе комплексный лот не запрещён, но если в один лот “сшили” позиции, которые не связаны технологически или функционально, это начинает выглядеть как ограничение конкуренции и становится удобной мишенью для жалобы.

Суть: при модели “по заявкам” контракт должен заранее и чётко описывать: как определяется количество/объём, как подтверждается факт исполнения, и как считается оплата по цене единицы — при этом общий платёж не должен превышать максимальную цену контракта.

Суть: если контракт работает по заявкам, и под каждую заявку идёт отдельная приёмка и оплата, то такую заявку можно трактовать как этап исполнения. А если приёмка/оплата предусмотрены сразу по группе заявок — тогда этапом может быть эта “пачка заявок”, в зависимости от конструкции договора.

Суть: в правилах нацрежима обновили приложения: с 16 марта 2026 добавляются новые позиции (в том числе из инфраструктурной тематики), и отдельно закрепили логику, что для новых позиций в перечнях могут устанавливать свой срок начала действия, а не ждать “по умолчанию” следующего календарного года.

Суть: у заказчиков по 44-ФЗ приближается срок размещения годового отчёта по закупкам у СМП и СОНКО — ориентир до 1 апреля 2026. Чем ближе к дедлайну, тем выше шанс упереться в сверки, несостыковки и банальные “технические сюрпризы”.

Суть: свежий кейс напомнил: ситуация, когда контракт подписывают и почти сразу же расторгают по соглашению, потому что исполнитель фактически сразу заявляет “не могу выполнить”, воспринимается судами очень настороженно. Это может выглядеть как формальная сделка без реального намерения исполнять, и суды могут увидеть здесь затрагивание публичных интересов.

Практический вывод: если уже до подписания понятно, что ресурсов/возможности нет — безопаснее решать вопрос до заключения, а не делать “подписали для галочки, потом разошлись”.

Суть: по эксперименту с “единым каталогом” товаров для малых закупок (когда закупают по малым основаниям) — сегодня завершился этап публичного обсуждения проекта, который расширяет/уточняет перечень позиций.

Почему это важно: если вы часто работаете с малыми закупками, изменения перечня могут прямо повлиять на ежедневную практику — что можно закупать проще и “по каталогу”.

Суть: вышли свежие прикладные пояснения по типовым “болям” применения ПП №1875:

• как считать и обосновывать цену, если товар идёт внутри работ/услуг, а не отдельной строкой;

• что делать, когда ориентиры цен из ГИСП выглядят “выше реальности” или не стыкуются с расчётами;

• как действовать на рынке, где фактически один-два производителя, и конкуренция условная;

• как избежать проблем, когда “реестровая часть” и фактические характеристики/описания начинают расходиться.

Почему это важно: именно на этих пунктах чаще всего возникают споры по допуску заявок и корректности ценообразования.

Суть: для стройки/капремонта/реконструкции напомнили практичную вещь: в реестре контрактов наименование объекта лучше указывать в точности так, как оно задано в смете. При этом это не означает, что всю смету нужно “переносить” в реестр в полном объёме.

Почему это важно: меньше риска расхождений “в документах одно, в реестре другое”, и меньше поводов для формальных претензий.

Суть: появилось разъяснение, что при закупке неисключительных прав на ПО по одному из специальных оснований 44-ФЗ предмет договора логично трактовать как товар. В остальных случаях всё упирается в то, как описан объект закупки и что по факту передаётся: право, доступ, услуга сопровождения и т.д.

Почему это важно: от квалификации (“товар/услуга”) зависят детали формулировок в документации, приёмки и иногда — применение отдельных закупочных правил.

Ещё один важный акцент из судебной практики по корпоративным закупкам: подходы контрактной системы нельзя автоматически “натягивать” на 223-ФЗ, если это прямо не следует из самой логики регулирования.

Практический вывод: в спорах по 223-ФЗ у заказчиков есть пространство для собственной модели регулирования, но только при условии, что требования обоснованы и не создают реального ограничения конкуренции.

Обсуждается расширение списка товаров, которые можно закупать через каталог в рамках эксперимента по малым закупкам. В проекте фигурируют новые товарные позиции из повседневных и учебных категорий.

Почему это важно: для заказчиков и поставщиков в сегменте малых закупок это может упростить работу и расширить набор позиций, которые проходят по более понятной и стандартизированной схеме.

Появилось полезное разъяснение по документальному подтверждению единых требований: под “госреестрами” понимаются не только узко перечисленные базы, но и другие реестры, предусмотренные федеральным законодательством и доступные публично (например, некоторые реестры лицензий и членства в СРО).

Практический вывод: у участников появляется более сильная аргументация в ситуациях, когда заказчик слишком узко трактует, откуда можно брать подтверждающие сведения.

В практике по корпоративным закупкам снова напомнили: в закупке, которая проводится специально для субъектов МСП, несколько лиц не должны выступать как один участник через “сборную” конструкцию.

Практический вывод: если участие оформлено как комбинация нескольких компаний на стороне одного участника, это может стать причиной спора, жалобы или отклонения.

Появился полезный для подрядчиков акцент: если контракт прекратили по соглашению сторон не потому, что подрядчик “провалил” исполнение, а, например, из-за экономии бюджета или потому что часть работ больше не нужна, это само по себе не всегда блокирует списание неустойки.

Практический смысл: заказчику сложнее отказать в списании только на том основании, что контракт был расторгнут по соглашению сторон. Важны реальные причины расторжения.

По закупкам для лабораторного оборудования (реагенты, расходники и т.п.) суды напомнили: сама по себе ссылка на совместимость с конкретным анализатором ещё не всегда спасает объединение позиций в один лот.
Если в закупке нет самого оборудования, а закупаются только расходники, обоснование нужно особенно аккуратное.

Практический вывод: при формировании лота по медрасходникам лучше отдельно продумать и описать, почему объединение действительно необходимо, а не выглядит как ограничение конкуренции.

В свежей практике по строительным закупкам суды ещё раз подсветили важный момент: опыт, полученный в роли субподрядчика, не всегда автоматически подходит под доптребования так же, как опыт генподрядчика.
Идея простая: если компания выполняла только часть работ, это не значит, что её опыт безусловно равен опыту полного исполнения контракта.

Практический вывод: при подготовке заявки по стройке лучше заранее проверить, какой именно опыт вы показываете и как его будут трактовать с точки зрения доптребований.

Лейтмотив разъяснений по 223-ФЗ: требования к участникам и условия в документации должны быть разумными и оправданными, без лишних барьеров “на ровном месте”. При планировании и публикациях лучше держать дисциплину по срокам и правкам, а нацрежим в 223-ФЗ применять внимательно — с учетом установленных запретов/ограничений и исключений.

По итоговым оценкам за 2025 год доля закупок российской (и ЕАЭС-овской) продукции в 44-ФЗ и 223-ФЗ выглядит очень высокой. Это подтверждает простой факт: нацрежим — не про бумажки и не про “когда-нибудь”, а про реально работающую систему допуска/отказа и про реальное перераспределение рынка.

В судебной практике всплыла важная история: поставщика включили в РНП незадолго до подписания, он это не сообщил, контракт всё равно заключили — и дальше это обернулось тяжелыми последствиями: сделку признали проблемной, а полученные деньги обязали вернуть.
Ключевой посыл: от участника ждут добросовестности. Играть в “не заметил / не сказал” — плохая стратегия.

По стройке намечаются спецподходы для ситуаций форс-мажора: когда и по каким основаниям можно корректировать условия, какие подтверждения нужны, как оформлять изменения так, чтобы потом не спорить с проверяющими.
Смысл — дать более понятный “коридор”, когда объективно что-то пошло не так и контракт нужно спасать легально.

Сам факт, что заказчик заключает несколько договоров по малым основаниям, не означает автоматического нарушения. Но если это похоже на схему “разрезали одну большую потребность на мелкие кусочки, чтобы уйти от конкуренции”, — это уже зона риска.
Что помогает: нормальное обоснование потребности, понятная логика по объему и срокам, аккуратное ведение лимитов и прозрачная документация.

Свежая логика такая: документы и реквизиты, которыми участник подтверждал страну происхождения (реестры, сертификаты и т.п.), не обязаны становиться частью текста контракта.
Практический плюс: если в ходе исполнения меняются именно эти подтверждающие реквизиты, это обычно не выглядит как изменение существенных условий — при условии, что вы сами не сделали их “железобетонными” пунктами договора.

В одном из свежих споров признали проблемной схему, когда организатор закупки при оценке заявок пересчитывал цены с поправкой на НДС — по сути, так, что участники-плательщики НДС получали преимущество. Это может трактоваться как нарушение принципов равного доступа и корректной сопоставимости ценовых предложений.

Практический вывод: в положении о закупке и документации лучше избегать формул и корректировок, которые фактически делят участников на “с НДС/без НДС” и меняют итоговые места в ранжировании.

Суды продолжают критично смотреть на условия, где аванс платится автоматически сразу после заключения контракта. Такая предоплата может восприниматься как сомнительная с точки зрения публичных интересов и равенства условий — особенно если аванс никак не привязан к реальным действиям поставщика (этапу, поставке, подтверждению готовности).

Практический вывод: если аванс нужен — безопаснее увязывать его с конкретным событием (этапом работ, фактом поставки части товара, предоставлением обеспечения и т.п.) и держать логику в документах.

Для закупок регулярных перевозок пассажиров и багажа (автобусы/городской наземный электротранспорт) закрепили, как считать:

• начальную (максимальную) цену контракта,

• цену контракта с единственным поставщиком,

• и начальную цену единицы услуги.

Почему это важно: станет меньше разночтений и “каждый считает по-своему”, а значит — меньше поводов для претензий по обоснованию цены.